Сайт создан на платформе Nethouse. Хотите такой же?
Владельцу сайта

Рассказ "Посвящение в копари"

Так уж случилось, что в конце 80-х , на рыбалке в Олонецкой губернии , довелось мне
познакомиться со сторожем одной сельской церквушки, человеком очень интересным и
незаурядным. Он был хорошим собеседником и на фоне представителей местного населения
вообще казался полиглотом, так как понимал не только меня, но и аборигенов , прекрасно
справляясь с ролью переводчика. Его домишка стоял на берегу реки и я частенько стал
захаживать к нему на огонек, где под шум самовара, под треск березовых дров в русской печи, в
уютном полумраке, мы пили чай и вели беседы обо всем что нас тогда волновало. И вот в один
из таких вечеров он предложил составить ему компанию в одном мероприятии.
По его словам, надо было отнести провиант за несколько десятков километров одному человеку,
который живет в заброшенной деревне, в лесу .


Ему по зимнику колхозный трактор раз в год привозил продукты, но обстоятельства сложились так, что в этот год трактор за всю зиму

приехать не смог. Удивление и любопытство заставили меня согласиться и в назначенный день
мы тронулись в путь. Наше приключение началось с дрезины , которая по узкоколейке развозила
рабочих на лесозаготовки. Дрезина представляла собой узкую, небольшую железную будку, с
низким потолком, и единственным окошком. Вдоль стен справа и слева стояли лавки, где с
трудом умещалось по три человека, в проходе располагалась печка-буржуйка и
бензопила «Дружба», которая являлась двигателем этого пепелаца, издавая невероятный
громоподобный грохот. Запах перегара, выхлопных газов и чадящей печки-вонючки смешались
воедино, глаза слезились, тело вибрировало в такт с двигателем, вагончик нервно трясся,
«Дружба» с надрывом ревела. Капитан сквозь дым и копоть улыбался беззубым ртом и с
нескрываемым наслаждением садомазохиста , давил пальцем на рычаг газа. Уши у меня
заложило . Сквозь копоть и дым временами видел лица сидящих напротив меня аборигенов, это
были лица, уставшие от бесконечного запоя, обезображенные шрамами и увечьями, что
особенно подчеркивала буржуйка мерцанием огня. Ощущение ада становилось реальным и
осязаемым, понимание совершенной ошибки стучало в висках…


Наконец дрезина остановилась и мы вышли из этого вагончика , который гогоча нам вслед, дымя
гарью и отрыгивая копотью, скрылся за поворотом. Миша, так звали моего друга, повел
меня «напрямки» через лес к дому отшельника.

Дорога была ужасной: мы тащились через бурелом и брели по колено болотом. Комары уже
перестали жалить, они просто пили кровь стаканами, без тостов и условностей, нагло и
бесцеремонно .


На больших болотных кочках, где не было змей, устраивали привал, рюкзаки были просто
неподъемными, шли очень медленно и оттого дорога казалась бесконечной. И вот наконец топь
закончилась. Мы вошли в лес и через некоторое время на пригорке в просвет между деревьями
показалась крыша дома. По мере приближения стал виднеться забор из частокола жердей с
одетыми на них горшками, но подойдя чуть ближе стало понятно - это вовсе не горшки, это
щучьи головы . Они висели раскрыв пасти, мощные клыки хищника вызывали изумление своими
размерами, сами головы были очень большие, лобовую часть покрывал зеленый мох. Их
странное расположение и выбор места , невольно натолкнули на мысль об адекватности хозяина
дома. Постучали в окно. Внутри дома послышалось движение, но дверь никто не открывал. После
третьей попытки достучаться, дверь на крыльце неожиданно сильно заскрипела, послышались
два щелчка взводимых курков и из темноты чуть приоткрытого проема мне в лоб уперлись два
ствола. «Тулочка …»,- подумал я, когда почувствовал холод стали и вспомнил звук взводимых
курков, как вдруг старушечий ровный и спокойный голос спросил –« Кто такие? » . Надо
признаться, что я был далек в этот момент от желания продолжения разговора, я вообще был
далек и мыслями находился уже дома в тепле и уюте , мне тогда казалось, что происходящее со
мной, есть ничто иное, как кошмарный сон … 

Голос Михаила вывел меня из оцепенения .
- Да мы это от совхоза продуктов принесли, проведать вас …
-А ты кто такой сам-то будешь ? – голос старухи был низким и громким
-Да я Миша, церковный сторож. Вот батюшка ещё святой воды передал и просфору …
- Читай « Отче наш», - бабка убрала ствол от меня и чуть шире приоткрыла дверь, ружье
смотрело в его сторону. Миша блеющим козлетоном, спотыкаясь и начиная с начала , стал
читать «Отче наш», его бороденка тряслась , голосок срывался , а после прочтения начал
креститься и бить истовые земные поклоны, закатывая глаза с приторным религиозным
фанатизмом. Бабка рассмеялась громко и озорно, её смех эхом раздавался в лесу еще долго …Мы
вошли в дом. Пока Миша разбирал рюкзаки и рассказывал сколько и чего передали, я стал

разглядывать убранство комнаты.


Большая русская печь была обложена изразцовой плиткой, которая местами уже потрескалась и
отвалилась, но все еще сохраняла величие и красоту. На всех четырех бревенчатых стенах
висели зеркальные отражатели с подставками, на которых стояли лампы - керосинки,
электричества в доме не было никогда, и видно было, что хозяйка временами ими пользовалась .
Красный угол украшал целый иконостас, от пола до потолка. Висели три большие лампады и
тускло его освещали , в углу стояла большая высокая кровать на ней пирамидкой были сложены
подушки с кружевной вышивкой, на полу у кровати лежала волчья шкура, в углу друг на друге
стояли три сундука … . За чаем бабка рассказывала про свою жизнь, про собаку, которую
загрызли волки, про то что нет батареек и не может послушать радио, про порох который
заканчивается, керосин , про то что ей привезли рубероид на баню два года назад и она сама
крыла крышу … 


Разговор постепенно перешел в воспоминания её молодости. Когда я её увидел
ей было уже девяносто четыре года, отец – купец какой-то там гильдии, занимался торговлей,
амбары и склады ломились от товара, был свой торговый ряд, конюшня. Семья была большая,
восемь детей, но все умерли и родни у неё нет. Мать – купеческого рода, её отец занимался
торговлей солью и дал большое приданное , получив которое уже её отец увеличил вдвое.
Заброшенная деревенька, где она сейчас жила, когда то была большим купеческим селом, дома
располагались вокруг озера в котором разводили рыбу. Щук стреляет, с её слов двухпудовая
щука - обычное явление, есть гораздо больше. Ставит березовые кружки и ловит на живца,
когда кружок переворачивается, бабка подъезжает на «чунях» (лодка-долбленка ), багром его
цепляет , подтягивает к себе и щуке стреляет в голову, потом тащит на лодке до берега и там на
месте топором разделывает … 


Вспоминала и приход красных, которые добрались туда только к
началу финской войны, как убегая от финнов столкнули в овраг две подводы с колоколами ,
иконами и прочей церковной утварью … . Когда мы, уже попив чаю, стали собираться в обратный
путь, бабка неожиданно похвастала что нашла банку с золотыми монетами и вообще у неё кое
что есть в припасах на черный день. В подтверждение своих слов она принесла в пригоршне
несколько монет, мы не верили своим глазам, я вообще первый раз увидел старинную золотую
монету . Бабка торжествовала, впечатлить ей нас удалось, она подчеркнуто повторяла что хоть и
живет среди зверей, но богаче чем среди людей … . Уже провожая нас, на улице показала рукой
на баню, с крышей которой она мучилась. Меня удивил размер шляпок гвоздей которым был
прибит рубероид, «неужели шиферными гвоздями приколачивала ?», - думал я, но подойдя
ближе очень удивился блестящим шайбам под шляпками , на них были всякие надписи, всадники
… тогда я не знал что это , но теперь-то понятно - это была чешуя !


Бабка стояла и смотрела нам вслед . Вдруг она нас окликнула, мы остановились. С легкостью и
проворством побежала в дом и буквально сразу вернулась неся икону. Обращаясь к Мише она
протянула «Всех святых …» и сказала :- « Молись милок за меня » , а мне дала червонец с таким
напутствием :- « Ты себе еще таких много найдешь». Больше мы с ней не виделись, но память о
ней и её напутствии храню и помню.


P.S. Три года назад, Миша стал – отцом Михаилом, а я в это время купил свой первый МД и
окончательно заболел копом !